Состав кабинета: "схватка бульдогов под ковром"

После инаугурации Владимира Путина миновало 11 дней, а члены правительства, за исключением утвержденного Госдумой премьера Дмитрия Медведева, продолжают ходить с приставкой "и.о.".

По отечественным меркам, пауза затянулась просто неприлично. В России, чай не парламентская демократия, чтобы коалиционные переговоры шли неделями.

Если раньше превалировало мнение, что пресловутые "консультации" – лишь игра в демократию, то теперь большинство экспертов склонны полагать, что в Кремле действительно происходит нешуточная борьба.

"Это тоже своего рода коалиционные переговоры, только не между партиями, а между группами влияния. Они могут быть сложными. При этом много постов освобождается, и не так просто найти новых министров, которые и по деловым качествам подходили бы, и устраивали бы обоих руководителей", - заявил Русской службе Би-би-си президент Института национальной стратегии Михаил Ремизов.

Директор Международного института политической экспертизы Евгений Минченко считает, что озвученную Владимиром Путиным Нажать версию отказа от участия в саммите G8 в связи с занятостью формированием правительства не стоит полностью сбрасывать со счета.

"Дмитрий Медведев, достойно, с точки зрения Путина, проведя передачу власти, наконец произведен из кандидатов в члены политбюро и заслужил право на собственную команду. Остальные группы влияния должны подвинуться. А кто персонально будет двигаться?" - обозначает эксперт главную проблему.

"Легенда должна стать правдой, поэтому правительство сформируют только после Кэмп-Дэвида", - полушутя-полусерьезно заявил газете "Ведомости" анонимный источник в Кремле.

"Дмитрию Анатольевичу труднее, чем Владимиру Владимировичу: когда Путин стал премьером, у него уже была своя крепкая команда, а у Медведева нет, ему приходится долго подбирать людей", - объяснил чиновник контраст с ситуацией 2008 года.

Вежливый отказ

Со ссылкой на те же источники обычно неплохо осведомленные "Ведомости" в пятницу сообщили, что Дмитрий Медведев якобы столкнулся буквально с валом отказов работать в его правительстве.

Называются фамилии Михаила Прохорова, Сергея Кириенко, Эльвиры Набиулиной, гендиректора угольной компании СУЭК Владимира Рашевского и ректора Высшей школы экономики Ярослава Кузьминова, которых прочили на посты, соответственно, вице-премьеров по промышленности и ТЭКу, министров экономического развития, энергетики и образования.

Официальный представитель Медведева Наталья Тимакова информацию не подтвердила, но слова пресс-секретарей в подобных случаях следует делить на два.

Практически все перечисленные лица, как и более ранний "отказник" Алексей Кудрин, считаются либералами. Либерализм Медведева вызывает в обществе определенные сомнения, но все же в целом его репутация в этом смысле отличается от репутации Путина. Отчего же либералы, если, конечно, "Ведомости" написали правду, не хотят с ним работать?

Аналитики предлагают разные версии.

Слабость и сила Медведева

"Существуют опасения, что правительство окажется слабым, и будет находиться у власти не слишком долго", - заявил Русской службе Би-би-си политолог Павел Святенков.

"Все понимают риски в экономике", - говорит партнер аудиторско-консалтинговой компании ФБК Игорь Николаев.

Политолог Борис Макаренко предполагает, что Владимир Путин намерен сформировать в кремлевской администрации сильный экономический блок, что приведет к ситуации "двух правительств" и сделает работу на Краснопресненской набережной трудной и малопривлекательной.

По данным СМИ, Сергей Кириенко отказывается от вице-премьерской должности, потому что пользуется относительной самостоятельностью в своей нынешней роли руководителя атомной отрасли, а "нефтянкой" заниматься не хочет, поскольку влиятельный и близкий к Путину Игорь Сечин даже после формального ухода из правительства станет вмешиваться в его деятельность.

В связи с этим некоторые эксперты указывают на недостаточный, по их оценкам, аппаратный вес Медведева. Путин, если захочет, может гарантировать Кириенко невмешательство со стороны Сечина, а Медведев никому ничего гарантировать не в состоянии.

Аналитики полагают, что отказ Кириенко и других фигурантов "списка "Ведомостей" - не окончательный, и точку в этом вопросе поставит Путин.

Часть наблюдателей с мнением о слабости Медведева не согласна.

"Дело обстоит как раз наоборот, - уверен Михаил Ремизов. - Представители элиты уверили себя, что Медведев будет техническим премьером, с которым им легче было бы работать, а сейчас выясняется, что он может оказаться достаточно требовательным и амбициозным руководителем. Аппаратный вес Медведева существенно выше, чем его публичный политический вес. Те, кто судит о нем свысока, заблуждаются".

Ряд экспертов давно говорят о своеобразности российской политической системы, в которой формальные посты не играют определяющей роли. Должность Владимира Путина называется просто "Путин", а влияние всех остальных деятелей зависит от близости к нему.

Историки вспоминают знаменитую фразу Павла I о том, что "в России нет значительных лиц, кроме того, с кем я в данный момент говорю, и до тех пор, пока я с ним говорю".

С этой точки зрения Дмитрий Медведев, оправдав доверие патрона и отказавшись от борьбы за президентство, не потерял, а прибавил в весе.

"Делать окончательные выводы об уровне влиятельности Медведева можно будет после объявления состава правительства", - говорит Павел Святенков.

Личности, а не солдаты

Аналитики обращают внимание на еще одно обстоятельство. Время "универсальных солдат", всегда готовых служить там, куда партия пошлет, закончилось, говорят они.

Все люди из "списка "Ведомостей", за исключением Набиулиной - не аппаратчики, а руководители относительно автономных компаний и организаций.

"В своих компаниях они цари и боги, и работа в правительстве под чьим-то началом для них не плюс. Возглавлять корпорацию во всех отношениях лучше, чем быть министром. Перейдя в правительство, они во власти и влиянии не выиграют, а в стабильности проиграют", - указывает Павел Святенков.

"Или взять того же Ярослава Кузьминова, - продолжает эксперт. - Он ректор крупного вуза, советник правительства, в большом авторитете. Зачем ему менять нынешний статус на зависимое и непрочное положение министра? А сможет ли он вернуться на прежнее место, если работа в правительстве не заладится, еще вопрос".

Что касается Михаила Прохорова, его участие в правительстве изначально вызывало в аналитическом сообществе большие сомнения.

"Это не отвечает ни его интересам, ни его амбициям", - говорит Михаил Ремизов.

К тому же, по мнению эксперта, Прохорову было бы сложно работать с премьером, поскольку именно Дмитрий Медведев, по мнению многих, стоял за фактическим разрушением партийного проекта "Правое дело" в сентябре прошлого года.

Местная специфика

Существует мнение, что слабость парламентской демократии определяется сложностью поиска компромиссов и согласования интересов, тогда как "вертикаль власти" позволяет решать вопросы по-военному: сказано - сделано. А тут что же получается? И в России то же самое, только в иной форме?

"Система клановых коалиций не менее сложна, зыбка и конфликтна, чем система парламентских коалиций", - говорит Михаил Ремизов.

Павел Святенков указывает, что в Европе много времени занимают переговоры о программе правительства и распределении постов между партиями, но, когда об этом удается договориться, кадровые решения обычно принимаются мгновенно.

"Борьбу за власть отменить невозможно, - замечает он. - Только в парламентской республике она идет в открытую и под надзором избирателей, которые решают, какую партию усилить или ослабить в ходе выборов. А в России мы наблюдаем, по известному выражению Черчилля, схватку бульдогов под ковром".

Поделиться
Отправить

18.05.2012. Источник: http://www.bbc.co.uk