Победа над Гитлером

Победа над Гитлером

По случаю 72-й годовщины победы Советского Союза над Германией Кремль в очередной раз устроил на глазах мировой общественности часовой парад на Красной площади с участием военной техники и военнослужащих. «В то время как ежегодные военные парады вызывают неприязнь у многих в Европе, для России они все еще имеют большое значение», — пишет на страницах Focus немецкий историк, специализирующийся на изучении России, Кристиан Остхольд.

Во многих странах, отмечает автор, чтут память о таком историческом моменте, как победа над национал-социализмом в Европе, но «большинство европейцев имеет лишь абстрактное понимание, что такое Вторая мировая война: воспоминания о тех временах окончательно поблекли». «В противовес этому в России День Победы играет несравнимо более значимую роль и ежегодно отмечается с рвением, зачастую непонятным в той же Германии», — говорится в статье.

Если спрашивать американских политиков, какое событие стало поворотным моментом во Второй мировой войне, получите один и тот же ответ: высадка союзных войск в Нормандии. «А если зайти в Имперский военный музей в Лондоне, сразу возникает стойкое ощущение, что победа над Гитлером не была бы возможной без героизма британцев», — отмечает автор публикации.

«Эти и другие трактовки, на которые влияет субъективность памяти, могут быть весьма привлекательными как для их создателей, так и для тех, для кого они предназначены. Но они ничего не смогут изменить в том, что реальность войны выглядела иначе», — пишет автор. В частности, он указывает, что «победа над нацистской Германией — в первую очередь заслуга Советского Союза».

«Преступления немецких войск, которые и за линией фронта до последнего момента жестоко уничтожали гражданское население, а также шокирующие потери Красной армии привели к тому, что Вторая мировая война унесла жизни почти 27 млн советских граждан», — пишет немецкий историк.

«Чтобы представить себе масштабы разрушений, которые принесла с собой на территорию СССР война, следует учесть, что к 1945 году не осталось семьи, которая бы не оплакивала кого-то из близких. Обширные территории обезлюдели до неузнаваемости, миллионы людей (...) остались без крыши над головой», — продолжает он.

«Ситуация с продовольствием была настолько катастрофической, что какое-то время Москва была вынуждена импортировать его из-за границы, чтобы предотвратить повальный голод. За исключением ненависти к немцам, которая в ходе прорыва на Запад выплескивалась наружу в виде проявлений жестокости и массовых изнасилований, выжившие красноармейцы потеряли в той войне практически все», — говорится в статье.

После того как борьба против Германии, которая была названа Великой Отечественной войной, через четыре года окончательно завершилась, «Сталин стал хозяином страны, полностью лежащей в руинах и усыпанной миллионами трупов. (...) Реакция Кремля не заставила себя долго ждать, — повествует автор. — 9 мая 1945 Сталин издал приказ за номером 369, в котором говорилось о проведении вечерних праздничных мероприятий. Через несколько часов президиум Верховного совета подписал указ, сделав День Победы национальным праздником и нерабочим днем».

«Несмотря на то, что празднование Дня Победы 9 мая — это инициатива Сталина, то, как праздник отмечается в России сегодня, диктатору вряд ли бы понравилось», — полагает автор статьи: Сталин хотел неразрывно связать воспоминания о победе исключительно со своей персоной. «Он был не готов делиться славой».

Уже в конце 1947 года 9 мая стало рабочим. Интереса к празднику не демонстрировал и Никита Хрущев, и только «Леонид Брежнев в 1965 году снова сделал День Победы выходным, продолжает автор. По его указанию ежегодно стали проводиться военные парады на Красной площади, а в Александровском саду у стен Кремля был сооружен мемориал Могила Неизвестного Солдата, где с того момента горит Вечный огонь, символизирующий память о павших воинах».

Для понимания того, почему Брежнев решил вдохнуть новую жизнь в воспоминания о Второй мировой войне, автор материала предлагает читателям рассмотреть несколько аспектов.

«Во-первых, в советском обществе, которое страдало от разрушительных последствий социалистической трансформации и сталинского террора еще до 22 июня 1941 года, должно было сформироваться положительное отношение к государству. Во-вторых, следовало устранить моральную пропасть, которая возникла между отдельными этническими группами в стране, поскольку Сталин и в ходе войны не прекращал зверств в отношении своего народа. Он депортировал немцев, крымских татар, чеченцев и другие этнические группы, в то время как русские объявлялись спасителями цивилизованного мира».

С сегодняшней позиции решение советского руководства улучшить свой собственный образ за счет воспоминаний о войне, «разрушительные последствия и размах которой был частично и его виной», выглядит «гениальным шахматным ходом», уверен Остхольд.

«Перед войной с Германией СССР делал ставку исключительно на мифологию вокруг Октябрьской революции», — пишет автор, но к 1960-м годам все меньше людей верило в идеологию КПСС и весь этот миф грозил окончательно лишиться сути.

«На этом фоне советское правительство усмотрело в победе над Германией — несмотря на то, что она носила черты пирровой победы, — уникальную возможность придать собственному образу новый нарратив. Теперь в центре самоидентификации находилась не Октябрьская революция и Ленин, а героическая борьба против национал-социализма и идея освобождения Европы», — пишет историк.

Насколько умным был этот шаг, можно судить по тому, что со временем удалось «примирить жертв и палачей». «Перед войной миллионы человек стали жертвами сталинизма, но общая память о войне, которая постфактум сделала всех советских людей героями, уравняла бывших классовых врагов как тех, кто вместе ковал Победу».

«Завораживающее рвение, которое ежегодно демонстрируют участники торжественных мероприятий в России, абсолютно искренне и аутентично, — констатирует автор. — В этом ничего не меняет и тот факт, что национальная память, которая проявляется в торжествах по случаю Дня Победы, становится частью запланированной государством инсценировки». Победа над Гитлером стала «основополагающим признаком национальной идентичности России», говорится в статье.

«То, что в Европе до сих пор вызывает непонимание — из-за нехватки чуткости или незнания истории, — на деле представляет собой не что иное, как законное стремление нации сформировать свой позитивной образ», — подытоживает Остхольд.

Поделиться
Отправить

18.05.2017. Источник: https://www.inopressa.ru