ГлавнаяНовостиСделки на совесть

Сделки на совесть

Интенсивные переговоры между Россией и США по Сирии, а также встречи Путина на полях саммита G20 в Китае c Бараком Обамой и Ангелой Меркель важны не только с точки зрения очередного витка нашей пропаганды в духе «Россия очередной раз стала глобальной мировой державой». Никогда с момента подключения России к войне в Сирии и начала «гибридной войны» на Украине возможность договориться о путях реального решения двух этих затянувшихся конфликтов не была так велика.

Барак Обама назвал свою встречу с Путиным на G20 «открытой, честной и деловой». Стороны обсудили прекращение огня в Сирии и условия для снятия санкций с России. Владимир Путин позже заявил о готовности страны к восстановлению отношений с США «в полном формате».

Канцлер Германии Ангела Меркель по итогам саммита G20 в Китае сообщила, что не исключает проведения в ближайшее время саммита в «нормандском формате». «Мы договорились о следующих шагах. Я также не исключаю, что в «нормандском формате» снова состоится в ближайшее время встреча глав государств и правительств, но точного времени я пока определить не могу», — заявила Меркель. Кроме того, она отметила роль России в достижении перемирия в Алеппо и выразила надежду на достижение Москвой и Вашингтоном соглашения о долгосрочном перемирии в Сирии.

Слово «сделка», которую используют СМИ для описания идущих в последние две недели рекордных по интенсивности переговоров России и США по Сирии, глубоко символично. Такое же слово вполне можно использовать и применительно к Украине. Речь идет именно о сделках — актах взаимовыгодных политических уступок, дипломатической «купли-продажи». Пока, правда, несмотря на заявления российских и американских дипломатов о близкой договоренности по Сирии, сделку заключить не удается.

Хотя для глобальных сделок по Сирии и Украине ситуация сейчас самая подходящая — в этом объективно заинтересованы лидеры четырех мировых держав, играющих важную, если не ключевую роль в этих конфликтах.

У Обамы осталось совсем немного времени, чтобы закончить свое, мягко говоря, неоднозначное с точки зрения внешней политики президентство значимой победой. Таковой могло бы стать замирение Сирии в большей степени и Украины — в меньшей.

Олланду, который уже объявил о намерении вновь участвовать в президентских выборах, хоть какая-нибудь внешнеполитическая победа, особенно в Сирии, где активность Франции высока, тоже не помешает. Как попытка хоть как-то отыграть крайне низкий рейтинг и очевидные внутриполитические неудачи, прежде всего провал борьбы с терроризмом.

Для Меркель, чья партия теряет популярность и уступает партиям с антииммигрантской программой, становится важным прорыв по Украине. Это могло бы позволить ей в 2017 году все-таки объявить о решении идти на новый срок.

Путину, если он не передумает идти на четвертый срок, надо как-то выводить из глубочайшего кризиса экономику, что едва ли возможно без снятия санкций и восстановления доверия к России как к ответственному политическому, а не только экономическому партнеру.

Вопрос в том, на каких условиях заключать такие сделки. Могут ли договориться между собой страны, по-прежнему находящиеся в состоянии санкционной и идеологической войны?

Сам Путин во время стречи с Абэ так сформулировал свои представления о политическом компромиссе: «Речь не идет о каком-то обмене, о каких-то продажах, речь идет о поиске решения, при котором ни одна из сторон не будет чувствовать себя ни побежденной, ни проигравшей». На самом деле вряд ли возможна сделка без взаимных уступок, то есть без «обмена и продажи». К тому же в президентском определении важно слово «чувствовать» — довольно субъективная категория.

Российская пропаганда, несомненно, может преподнести любую сделку по Сирии и Украине (и тем более их отсутствие) как победу. Но понятно, что, если Россия уйдет из Донбасса, «народные республики» исчезнут как класс, а контроль над границей с украинской стороны будет возвращен Украине, для части россиян это станет поражением. Хотя вряд ли судьбоносным для рейтинга самого Путина — экономические проблемы волнуют наших людей гораздо больше, чем судьба Донбасса.

По Сирии такой сделкой может стать, например, фактический раздел страны. Вторжение Турции на сирийскую территорию без согласия сирийских властей, но с разрешения или, по крайней мере, без публичного осуждения со стороны России и США является предвестником если не раздела Сирии, то по меньшей мере карт-бланша всем внешним игрокам в этом регионе на то, чтобы не дать курдам создать свое государство. Важнейшей частью сделки по Сирии должна стать договоренность о судьбе режима Асада и самого сирийского президента. Пока дело обстоит так, что сохранение Асада у власти без механизма ее передачи будет выглядеть как поражение США. Тогда как обозначение четких сроков и принципов его ухода — как поражение России.

Впрочем, очевидно, простых россиян судьба Башара Асада волнует еще меньше, чем судьба Донбасса.

При этом запрещенное в России «Исламское государство» теперь уже не главная проблема будущего Сирии, ибо у этого проекта не осталось военных и финансовых ресурсов, чтобы расширять контроль за территориями. А совершать теракты в разных точках мира или в пиар-целях брать на себя ответственность за эти теракты ИГ продолжит в любом случае.

В случае с Украиной Россия может подавать как готовность к компромиссу уже сам факт участия в «нормандском формате». Ведь в начале августа Путин публично обещал выйти из «нормандского формата» и минского процесса из-за попытки, по версии российских властей, украинских диверсантов провести серию терактов в Крыму.

Личная заинтересованность лидеров США, Германии, России и Франции в некоторых политических сделках сейчас как никогда велика. Но это, к сожалению, не гарантирует, что им удастся договориться. США не хотят, чтобы Россия переиграла их в Сирии и укрепилась в качестве одного из ключевых игроков на Ближнем Востоке. Россия не хочет терять ДНР и ЛНР как рычаги контроля над Украиной.

Российский президент, которому, в отличие от Обамы, не обязательно уходить со своего поста и, в отличие от Меркель и Олланда, нет необходимости опасаться неблагоприятного исхода выборов, может надеяться пересидеть своих партнеров и дождаться более подходящих условий для сделки. Другое дело, что обвал российской экономики (Минфин и Минэкономразвития уже обещают нам минимальный уровень доходов бюджета за 20 лет), продолжающееся падение доходов населения и товарооборота делает нашу тактику «подождать, пока мимо тебя проплывет труп врага твоего», очень рискованной.

Так что сделки по Сирии и Украине, если их удастся заключить, несомненно, пойдут на пользу и России.

Поделиться ссылкой:

06.09.2016. Источник: http://www.gazeta.ru/