Коронавирус и падение финансовых рынков: обречена ли Европа на бессилие?

Коронавирус и падение финансовых рынков: обречена ли Европа на бессилие?

«(...) Экономические последствия кризиса COVID-19 уже несколько недель оказывают давление на цены на нефть, что ставит во все более сложное положение страны-производители. Ожидалось, что встреча ОПЕК, включая Россию, в конце прошлой недели приведет к решению поддержать рост цен путем сокращения добычи на 1,5 млн баррелей в сутки. Однако Россия выступила против этого предложения. В результате Россия попалась в свои собственные сети, поскольку Саудовская Аравия объявила, что она увеличит свою добычу до максимума, — указывает Николя Гетцман, руководитель по исследованиям и макроэкономической стратегии в компании Financière de la Cité, в интервью Le Figaro. — Таким образом, мы находимся в ситуации снижения спроса на нефть из-за кризиса COVID-19, который соединяется с увеличением предложения; в результате произошло самое значительное падение цен после иракского кризиса 1991 года. Речь идет о максимальной конкуренции между странами-производителями, которая может рассматриваться для Эр-Рияда как средство выкрутить руки Москве. В опасности оказываются все страны-производители. Их бюджеты основаны на уровнях цен, превышающих сегодняшние цены на нефть. Стоит также упомянуть о рисках, нависших над Соединенным Штатами, чьи производственные затраты слишком высоки для того, чтобы поддерживать такие низкие цены, тем более что страна стала ведущим мировым производителем. Нефтяной сектор представляет 8% ВВП США».

«(...) С геополитической точки зрения, в течение нескольких недель мы наблюдаем сценарий, который уже предвещали России. Хотя относительный уход Соединенных Штатов с Ближнего Востока воспринимался как „удобный случай“ для России, многие методы расчета уже указывали на проблемы, которые могут возникнуть у Москвы, в частности, в управлении различными интересами. Это можно было наблюдать по поводу сирийского кризиса и Турции. А сейчас это видно на примере Саудовской Аравии. Эр-Рияд только что показал, что Москва не контролирует ситуацию», — отмечает эксперт.

«(...) До 24 февраля кризис COVID-19 прежде всего сводился к шоку предложения, то есть к трудностям в поставках предприятий из Китая. Но за последние две недели падение финансовых рынков и в частности долгосрочных процентных ставок, показало, что ожидания роста и инфляции были пересмотрены в сторону понижения в долгосрочной перспективе. Не потому, что рынки предвкушают постоянный кризис, связанный с эпидемией COVID-19, а потому, что ответные меры властей и правительств не соответствуют целям и задачам. За кризисом коронавируса в данный момент устанавливается кризис недоверия к экономическим властям», — считает собеседник издания.

«(...) Полное отсутствие европейской координации становится все более и более очевидным, что сильно сказывается на доверии рынков, бизнеса, а вскоре скажется и на доверии потребителя», — утверждает Гетцман.

«(...) Итак, кризис не является неизбежным, и именно центральные банки и правительства должны играть первостепенную роль в предотвращении выхода ситуации из-под контроля. В 2008 году отсутствие быстрого ответа на начальном этапе усилило и углубило кризис. 2020 год представляет собой новое испытание», — анализирует эксперт.

«(...) Кризис COVID-19 продемонстрировал населению ситуации зависимости и уязвимости с экономической и стратегической точки зрения. На государства, а также на предприятия через посредство потребителей, будет оказываться политическое давление. Вполне вероятно, что после этого кризиса некоторые компании будут стремиться переместить часть своей продукции как можно ближе к потребителю. Такому движению также может способствовать принятие во внимание правительствами определенных стратегических интересов (например, медицинского или пищевого сектора)», — поясняет Гетцман.

«В течение следующих нескольких лет мы можем стать свидетелями не только „деглобализации“, которая негативно относится к подобному процессу, но и возвращения к поддержке внутренних рынков. Это соответствует стратегии Дональда Трампа в США, стратегии Бориса Джонсонса в Великобритании и Синдзо Абэ в Японии. Цель состоит не столько в ограничении международной торговли, сколько в создании надежного внутреннего рынка, позволяющего ограничить его зависимость от конфликтов и ударов мировой торговли. Европа далека от такой цели», — резюмирует собеседник издания.

Поделиться
Отправить

12.03.2020.